Телефон +79663380383
Адрес г. Москва, ул. Верхняя Радищевская, 18с2, м. Таганская
Skype nadgalable
Надежда Галыгина. Аналитический психолог
Назад к списку

Женские архетипы в сказках и мифах

Вы когда-нибудь обращали внимание, что в сказках разных народов есть что-то общее? Могут меняться герои, их имена, обстановка, декорации, но некоторые сюжеты оказываются очень похожим. Легенды о сотворении мира, миф о непорочном зачатии, встречающийся и до христианства, складывается ощущение, что кто-то у кого-то списывал!


Так или иначе люди описывают некоторые схожие сюжеты с завидной настойчивостью.  Швейцарский психиатр Карл Густав Юнг, работая с душевнобольными в клинике, обнаружил, что в бессвязных высказываниях его пациентов содержались образы, не имеющие отношениях к их памяти или реальному опыту, однако в этих историях были сходства с мифологическими сюжетами. К этому времени, уже открытое Фрейдом бессознательное, воспринималось как некое пространство в психике, в котором мы содержим «остатки дня» или прячем то, что не осознаём: инстинкты, желания, непростые воспоминания и прочее. Юнг же выяснил, что бессознательное куда глубже: в нем мы сталкиваемся с содержанием, которое не имеет отношения к нашему непосредственному опыту — тому, что мы реально пережили в своей жизни.Эти более глубокие слои психики он назвал коллективным бессознательным — образом мира, «который формировался в течение миллионов лет», то, с чем мы рождаемся. Юнг также привнесёт в глубинную психологию термин архетип, продолжая размышления Платона о первоначальных Идеях, и других философов, которые по-разному, но похоже описывали нечто первоначальное, на чем строится все остальное. 


И тогда, если мы попробуем представить нашу психику в виде множества слоёв, то где-то в самой глубине будут изначальные структуры — архетипы. Чуть выше, будет та часть, которая связана с нашим личным опытом — пространство комплексов, в которых словно соединяется наша реальная история (травмы, особенности взросления, детство) с архетипической основой. Еще выше мы найдём те самые остатки дней наших суровых, загнанные в чулан. Ну и самый верхний слой — это то, что мы думаем о себе, кем мы себя считаем, не предполагая, как глубока кроличья нора. Обобщая и упрощая, можно сказать, что из этих фундаментальных слоёв коллективного бессознательного мы и черпаем из поколения в поколение общие сюжеты, характерные для людей в целом. 


И, конечно же, не только мифы и сказки рождаются из этой библиотеки универсальных образов, но и, собственно, наши жизненные истории как будто бы тоже разворачиваются по сценариям, которые, если на них посмотреть словно на фильм, не будут уж такими уникальными, как это может показаться пока мы играем роли, а не сидим в зрительном зале. 


Возвратимся к женским образам и архетипам. Архетип, как нечто изначальное и базовое, нельзя описать непосредственно, но можно наполнить своим индивидуальным содержанием. В сказках и мифах мы «считываем» архетип у которого коллективное наполнение. И удивительным образом (через ассоциации, чувства, воображение) бнаруживаем, что несмотря на явные отличия нашей жизни от описанных историй, в нашем личном опыте найдётся то, чем заполнить основу, скрытую за повествованием о Персефоне и Деметре, Алёнушке и Василисе, Белоснежке и прочих героинях, которые не так далеки от нас, как может показаться на первый взгляд.  Продолжение следует.


Галыгина Надежда